Воспоминания И.Н. Чемпалова о войне и мире (интервью)

Вот здесь он шел. Окопов три ряда.
Цепь волчьих ям с дубовою щетиной.
Вот след, где он попятился, когда
Ему взорвали гусеницы миной.

Но под рукою не было врача,
И он привстал, от хромоты страдая,
Разбитое железо волоча,
На раненую ногу припадая.

Вот здесь он, все ломая, как таран,
Кругами полз по собственному следу
И рухнул, обессилевший от ран,
Купив пехоте трудную победу.

К. Симонов «Танк»

Этот аллегорический отрывок стихотворения Константина Симонова, как нельзя лучше, на мой взгляд, соответствует образу Ивана Никаноровича, навсегда сохранившемуся в моей памяти. Дело не только в том, что на фронте основатель уральской школы международников был танкистом и сражался в тех местах, о которых и написаны эти строки. Продолжая образный ряд стихотворения, я бы сказал, что Иван Никанорович, подобно мощной стальной машине, своим каждодневным мирным трудом, своей колоссальной убеждённостью в необходимости работы исследователя, проломил нам дорогу к другим странам и континентам. По этому пути, до сих пор шагаем мы, пехота международных отношений.

Иван Никанорович, где Вас застало известие о начале войны?

22 июня 1941 года я готовился к сдаче экзаменов по истории стран Латинской Америки. Я был на третьем курсе исторического факультета. Когда пришел к ребятам, говорят – война. Экзамены в сторону. На следующий день моя группа пришла в военкомат. Тогда эта улица именовалась Загородной. Это где сейчас Автовокзал. Очередь у военкома огромная. Когда я подошел к нему, он спрашивает: «Вы состоите на военном учёте? – В Челябинске. – Вот туда и езжайте! Тут со своими трудно справиться, видите, какая очередь». Приехал в Челябинск, где я работал на заводе. В Свердловске я сдавал экзамены экстерном, за третий курс. Тогда не было заочного – экстерном. Я первый – второй курсы проучился, а поскольку только отличникам давали стипендию, я перешел работать на завод и переключился на экстерн.
Когда приехал в Челябинск, оказывается, уже с января 1941 года мы были забронированы. Все эти разговоры о том, что не готовились к войне и так далее, это, конечно, всё слухи. Страна готовилась к войне, но в тот период времени очень важно было для нашего политического руководства, в первую очередь Сталина и Молотова, выяснить, какова будет позиция Англии и Америки. Позиция этих стран была двусмысленна.
Когда мы 3 июля шли на завод, я прослушал речь Сталина, фактически, программа действий и в тылу, и на фронте.

А Вы как восприняли эту речь?

Как программа действий!

Вы не удивлялись, что он не выступил 22 июня?

Нет! А зачем ему было выступать? Я до этого говорил, что он выяснял, какова будет позиция западных стран. Я же всё-таки с третьего курса университета был, более-менее подготовленный.
В этот период времени на заводах мобилизация прошла. С запада эвакуация промышленности. Наша огромная оборонная промышленность, ещё со времён царской России располагалась: Петербург, Брянск, Днепропетровск, Харьков и так далее. Там находились и тракторные заводы, рядом с тракторным цехом имелся танковый цех.

Это понятно, я хотел спросить о Вас, что делали Вы, как человек!

Я работал техником по сырью на Челябинском абразивном заводе и ездил по всему Уралу. Заказы на бокситы, это СУБР за Серовым. Оттуда мы получали бокситы. Во время этих разъездов я видел, какая огромная мобилизация промышленности происходит и её перебазирование с запада на восток. Какие в этот период времени, на мой взгляд, были крупнейшие мероприятия. В Челябинске была гидростанция мощностью в 120 тыс. кВт. А рядом ферросплавный завод, у него несколько печей по ферро-хрому, а было несколько по ферро-вольфраму на 12 тыс. кВт. Так, к 1943 году построили новую электростанцию, ТЭЦ. Вот, сейчас, недостаток электроэнергии, Чубайс на Путина нападает, Путин на него, денег мало… В то время построили ТЭЦ 180 тыс. кВт.

Перед отъездом на фронт я сдал шапку в камеру. Тогда делали проверку на вшивость. Прожарку делали. Кожаную шапку сдал, а оттуда мне выдали такую, с кулачок. Полностью деформировалась. В 1943 году, когда закончилась Сталинградская битва, три уральских обкома, Свердловский, Челябинский, Пермский объявили о создании Уральского добровольческого корпуса. И я подал заявление. Три танковых бригады, одна свердловская, одна пермская, одна челябинская. И плюс к этому мотострелковая бригада. Она тоже из трёх батальонов, каждый по 500 с лишним человек из каждой области.

Как вы обучались? Была у Вас до этого военная подготовка?

Я в горном техникуме учился. Взрывное дело знал. Поэтому меня направили в инженерную роту, то есть в сапёры – наведение мостов, или взрывать мосты.

В мае 1943 года мы прибыли под Москву и там мы обучались в прифронтовой обстановке ещё в июне. А в июле нас направили через Калугу на Брянский фронт, где мы вступили