Avatar for Kostik 10 мая 2008
Kostik
Наша группа: Мария Чамовских, Галина Якобсон, Константин Худяков

По оценкам ряда специалистов в области международных отношений и национальной безопасности, Россия, как бы она ни называлась в разные хронологические периоды: Российская Империя, Советский Союз или Российская Федерация — сталкивалась с «глобальными» вызовами лишь дважды: во время нашествия монголо-татар в XIII в. и агрессии против СССР со стороны гитлеровской Германии в 1941-1945 гг. Именно в это время под угрозу ставилась сама русская государственность, существование самого русского этноса как такового .

Последнее десятилетие XX в. — начало XXI в. стало временем трансформации системы международных отношений. С распадом Советского Союза и Социалистического лагеря его союзников произошел переход от «биполярного» мира к «постбиполярному». В настоящее время формируется новая система международных отношений. В данной работе мы хотели бы проанализировать внешнеполитическую обстановку современной России и выяснить, существуют ли явные глобальные вызовы безопасности в рамках новых реалий?

Термин «постбиполярный» еще не означает «однополярный» вопреки имеющимся мнениям. Он допускает два возможных сценария: либо мир действительно становится однополярным, либо трансформируется в плюралистический «многополярный». На наш взгляд, стоит скорее ожидать реализации второй альтернативы. В последнее десятилетие появляются «новые центры силы» в лице региональных лидеров: Китая и Индии, которые, бурно развивая свои экономики, стремятся влиять и на «большую политику». Кроме того, активизируется Россия, которая в первое десятилетие после перестройки ориентировалась на США, но со сменой руководства в 1999 г. перешла к откровенно антиамериканской политике.

Сама эта новая, еще только формирующаяся система международных отношений имеет ряд особенностей: во-первых, снижается роль государства как основного участника международных отношений. Появляются транснациональные корпорации, неправительственные организации, лоббирующие группировки, которые все более активно вписываются в систему международных отношений и международного бизнеса, а потому влияющие на мировую политику. С такими акторами связана практика «подковерной» борьбы, внедрения неполитических и недипломатических методов принятия решений. Во-вторых, постепенно происходит пересмотр границ национального суверенитета: под предлогом борьбы с политическими режимами, поддерживающими террористов, или, угнетающими права человека, нарушается один из ведущих принципов международного права — невмешательство во внутренние дела государств. Таким образом, всегда имеет место быть политика двойных стандартов и достаточно «вольная» интерпретация норм международного права. В этой связи становится ясно, как усложняется ведение мировой политики в новых условиях.

Но, несмотря на все возникающие трудности и задачи, связанные с внешнеполитическими аспектами, мы считаем, что вызов безопасности России исходит не «извне», а «изнутри», и связан, прежде всего, с неразвитостью её социально-экономической сферы. Мы постараемся доказать тезис, что НАТО, Китай и международный терроризм скорее являют собой потенциальные угрозы, но не вызовы национальной безопасности России. А настоящий вызов России – необходимость развиваться и догонять, сокращать отставание по ряду показателей от развитых стран мира. И этому развитию нет другой альтернативы — иначе мы обречены. Другими словами, или мы будем стремительно развиваться, либо погибнем.

Итак, рассмотрим выдвинутый нами тезис по пунктам:

1. НАТО

«Призрак» НАТО в сегодняшней России сумел напугать даже самых больших скептиков. Расширение НАТО на Восток — чуть ли не центральная тема отечественных СМИ. С приходом к власти новой администрации в 1999 г. существенно изменился подход к Западу. Активно культивируется антизападная, особенно, антиамериканская пропаганда. Снова актуален антагонизм «МЫ-ОНИ». А кто такие «они»? По замечаниям ряда публицистов, НАТО — такая же инерционная и стагнирующая структура, как, например, СНГ. И её ожидает рано или поздно судьба ОВД. Это пережиток биполярной системы, который сохраняется поскольку, постольку Кремль делает двусмысленные замечания о возобновлении гонки вооружений и своих антизападных намерениях. Она существует по инерции усилиями англосаксонских держав, которые используют все свое влияние, чтобы избежать раскола внутри НАТО (который наметился уже в 2003 г., когда и Франция, и Германия осудили политику Штатов и Великобритании в Ираке).

Обратимся к военной составляющей организации. В 1990 г. 16 стран НАТО имели в Европе 24.344 танка, 33.723 боевых бронированных машин, 20.706 артсистем, 5647 самолетов. По состоянию на начало 2007 г. 22 страны НАТО (16 «старых» и 6 «новых», бывших членов ОВД; 5 превратились в 6 из-за разделения Чехии и Словакии) имели в Европе 13.514 танков, 26.389 ББМ, 16.042 артсистемы, 4.031 самолет. То есть за 17 лет при увеличении числа участников наблюдается сокращение, а не наращивание вооружений странами НАТО . При чем по всем видам вооружений. При очевидном сокращении вооружений, обновляется техника весьма незначительно. В основном происходит избавление от устаревшего оборудования. При этом особый энтузиазм проявляют не столько страны-идеологи и учредители НАТО, сколько новопринятые члены. В этом отношении особенно преуспели Латвия и Польша. За период после вступления в НАТО она приобрела в Германии 128 танков «Леопард-2А4», сейчас закупает 44 американских истребителя F-16С и D и производит по финской лицензии 690 БТР «Росомаха». Закуплены также 2 американских фрегата и 5 норвежских подлодок (1 из них на запчасти). Чехия и Венгрия приобрели по 14 шведских истребителей JAS-39 «Гриппен» (кстати, интересный момент большая часть техники закупается не у «старых» членов НАТО, а у нейтралов-скандинавов). Болгария и Румыния до сих пор не закупили никакой западной техники, кроме нескольких старых боевых кораблей, 128 танков, 690 БТР и 72 истребителя на 6 стран за, фактически, 15 лет (именно столько времени Восточная Европа находится в сфере влияния НАТО) «немножко мало» (особенно учитывая, что почти вся эта техника в реальности приходится на одну Польшу). Даже в США, которые постоянно воюют и тратят на ВС больше денег, чем все остальные страны мира вместе взятые, ситуация не выглядит радужной. С начала 90-х США не закупили для своих сухопутных войск ни одного танка, списав более 10 тыс. Средний возраст авиатехники превысил 20 лет (хотя ВВС главный вид ВС США, ему уделяется исключительно большое значение). Недавно американцы вынуждены были фактически «поставить на прикол» свой основной истребитель воздушного боя F-15 — после того, как одна из этих машин просто развалилась в воздухе. Как выяснилось, ресурс планера этих самолетов практически полностью выработан, большую часть истребителей придется списывать. Это означает, что Америка сегодня не сможет вести войну с серьезным противником, обладающим современными ВВС .

К военно-техническому аспекту стоит добавить географический. Что вызывает особые опасения в Москве — так это разговоры, раздутые вокруг военных баз НАТО в Восточной Европе. Складывается ощущение, что весь «санитарный кордон» опутан сетью баз и дорог, на которых размещены войска, готовые в любой момент начать наступление против России. В Восточной Европе до сих пор нет ничего, кроме маленьких тыловых подразделений на нескольких румынских и болгарских аэродромах (это примерно в 700 км от ближайшей точки российской территории, т.е. за пределами боевого радиуса F-16 в ударном варианте; впрочем, никаких F-16 там нет, поэтому и говорить не о чем) и огромного количества разговоров на данную тему.

Объекты ПРО в Польше и Чехии, которых тоже пока нет, должны стать первыми реальными иностранными военными объектами в восточноевропейских странах. Вполне вероятно, что и последними.

Также в последнее время активно муссируется вопрос о вступлении в НАТО некоторых стран СНГ, в частности Украины и Грузии. В этой связи хочется заметить, что вероятность вступления этих стран в северо-атлантический альянс не так уж и велика прежде всего из-за их внутриполитической нестабильности . Плюс следует добавить, что даже вступление в НАТО не избавит эти страны от энергетической зависимости от России, поэтому говорить об угрозе со стороны этих стран – возможных членов НАТО – не имеет смысла.

Очевидна тенденция к свертыванию контингентов НАТО, а не к разворачиванию его вдоль российских границ. Поэтому мы считаем, что угроза России со стороны НАТО скорее преувеличена пропагандой, чем реальна на самом деле.

2. Китай

Некоторые аналитики предрекали экспансию Китая в направлении России. Как утверждал один отставной генерал, растущая как на дрожжах китайская мощь уже лет через 10-15 выплеснется на российские просторы .

Подобные страхи и опасения разделяются некоторой частью россиян и в общем объяснимы: они провоцируются меняющимся в пользу Китая балансом сил. Давным-давно замечено, что изменение баланса сил в международных отношениях порой чревато дестабилизацией и даже конфликтами.

Как только власти одного государства начинали испытывать страх, что баланс сил меняется в пользу традиционного соперника, они тут же бросались исправлять положение, чем немедленно порождали подозрения и страхи в противоположном стане.

В современном мире теория баланса сил не потеряла актуальности. Наращивание китайской мощи меняет баланс сил между Москвой и Пекином. Впервые в новой истории мы можем начать отставать не только от Запада, но и от Востока. Отсюда — страхи. Тем более что фобии в отношении внешнего мира — вообще наша застарелая болезнь. Еще в XIX веке прогрессивные русские умы признавали, что у нас развита мания вражды к России всех и каждого.

На самом деле у нас есть основания рассматривать поднимающегося китайского исполина в качестве своего долгосрочного, надежного партнера.

Во-первых, потому, что Пекин испытывает возрастающее давление со стороны Вашингтона, не желающего делить мировое лидерство с кем бы то ни было. В противодействии американской гегемонии Китаю нужны партнеры, попутчики, а Москва выглядит неплохим попутчиком. С одной стороны, Россия не угрожает сейчас Китаю, она сравнительно слаба для этого. А с другой стороны, Россия тоже не желает американской гегемонии, готова ей противостоять.

Есть другие факторы, способствующие российско-китайскому сближению. Кроме соперничества с Соединенными Штатами КНР сталкивается с другими проблемами на международной арене. Это трения с Японией, Индией, странами Юго-Восточной Азии. Это тайваньская проблема. Существуют серьезные внутренние трудности: экономические, социальные, этнические, идеологические, экологические и т.д. Китай, как велосипедист, должен все время крутить педали реформ. Если отвлечется на что-то другое, остановится — может упасть. В таких сложных условиях Пекину весьма выгодно сохранять мирную обстановку на севере, вдоль четырхтысячекилометровой границы с Россией. Нам такая граница тоже необходима, и обе стороны прилагают максимум усилий к поддержанию дружественной атмосферы во взаимных отношениях.

Россию и КНР сближает и то обстоятельство, что обе страны заняты реформами. Когда и мы, и китайцы были коммунистами, то называли друг друга врагами идеологическими, а затем и военно-политическими. Сейчас, когда у нас официально вроде бы разные идеологии, мы тем не менее лучше чувствуем и понимаем друг друга, ибо решаем схожие внутренние задачи реформирования. Китайцы видят, что мы уважаем их за успехи в реформах, что пытаемся в чем-то перенять их опыт. Естественно, это вызывает у КНР позитивные эмоции, особенно на фоне того, что США оказывают давление на китайцев. Ситуация выглядит так, что американцы хотят затормозить подъем Китая, а мы высказываем усилиям китайцев поддержку.

И, наконец, четвертый фактор, который сближает РФ с КНР, — это взаимодополняемость наших экономик. Китай на долгосрочную перспективу будет нуждаться во все возрастающих количествах энергоносителей из Сибири и Дальнего Востока, в наших технологиях, особенно военных. Мы же, в свою очередь, заинтересованы в том, чтобы экспортировать энергоносители в КНР и через КНР в другие страны АТР. Мы также заинтересованы в том, чтобы покупать в Китае товары легкой промышленности, импортировать китайскую рабочую силу.

Однако нельзя исключать возобновление российско-китайского соперничества на международной арене, в частности в Монголии, Центральной Азии, Корее. Но помимо этих потенциальных проблем есть и более реальные, возникающие в процессе наших двусторонних контактов в торгово-экономической области, при обмене людьми. Россияне и китайцы принадлежат к разным культурам, и нашим людям не всегда удается найти взаимопонимание, тем более когда из России в КНР пробирается немало преступных элементов и, наоборот, из Китая к нам едут в том числе и преступники.

Но главный раздражитель в российско-китайских отношениях — драматический рост присутствия граждан КНР на нашем Дальнем Востоке. Малонаселенные и слаборазвитые восточные районы России впервые оказались открытыми и не выдерживают конкуренции энергичных и оборотистых китайцев . На Дальнем Востоке, да и в московских политических кругах, нарастают опасения, что имеет место демографическая экспансия со стороны гигантского соседа.

Звучат предостережения, что если, мол, тенденцию не пресечь, настанет день, когда китайцы численно возобладают на российском Дальнем Востоке и скажут: «Нас здесь большинство, все вокруг создано нашим трудом и принадлежит нам, и в конце концов эти земли когда-то входили в состав »Срединной империи". А значит, пора восстанавливать здесь свою власть" .

Возникает вопрос: как действовать России с учетом всех названных обстоятельств? Можно, конечно, акцентировать внимание на проблемах и гадать о будущем. Но думаю, что это непродуктивный путь уже хотя бы потому, что будущее предсказать сложно. Кстати, в начале XX века были ученые и политики, которые утверждали, что главная опасность России будет исходить от Китая. На самом деле враг пришел с Запада, мы воевали две мировые войны там. Можно продолжать пророчествовать, но мы все равно не отгадаем будущего. Но зато мы спровоцируем трения, которые вовсе не обязательны. Муссируя тезис о китайской угрозе, мы будем вызывать раздражение у китайцев, накручивать самих себя и в конце концов испортим отношения с Китаем.

Поэтому сотрудничество с Китаем в геополитической области должно состоять в том, чтобы мы, оставаясь в рамках нормальных отношений, а еще лучше сотрудничества с США и вообще с Западом, понуждали Вашингтон и его союзников вести дело к многополюсному миру, где бы полюса не соперничали друг с другом, как это бывало в прошлом, а сотрудничали. Для такого сотрудничества есть база — ООН, региональные международные организации, международное право. Есть и обширная повестка дня для многостороннего сотрудничества. Это известные проблемы: международный терроризм, распространение ядерного оружия, масса локальных конфликтов, начиная от ситуации на Корейском полуострове и кончая тем, что происходит в Африке. Это вопросы экологии, наркоторговли, оргпреступности, развития отстающих стран.

Следует отметить, что мы считаем нынешнюю линию России по отношению к Китаю совершенно верной. Заключается она в том, что мы тесно сотрудничаем с КНР, действуя при этом в рамках многовекторной и сбалансированной политики. То есть мы стремимся иметь, насколько это возможно, одинаково хорошие отношения или, по крайней мере, одинаково развитые отношения с США, Китаем и другими странами.

3. Международный терроризм

Международный терроризм — ставшее заметным в мировой политике XXI века влияние террористических групп, базирующихся в иностранных (по отношению к местам совершения террористических актов) государствах или имеющих зарубежную поддержку .

Расширение международных контактов и упрощение перемещений между странами, в сочетании с сохраняющейся политической раздробленностью мира, объективно приводит к усилению международной составляющей в поддержке терроризма.

Лозунги борьбы против терроризма (или даже войны) успешно используются различными режимами для оправдания силовых акций, нередко нарушающих суверенитет иностранных государств. Наиболее известные примеры — вторжения США в Афганистан (2001) и Ирак (2003). Лозунг также используется во многих странах и во внутренней политике, например для обоснования увеличения военных расходов или нарушений прав граждан. Политики, призывающие к войне против терроризма, изображают международный терроризм как всемирную хорошо финансируемую террористическую организацию, пользующуюся даже покровительством некоторых второстепенных государств. В качестве ядра якобы единой террористической сети обычно называется Аль-Каида. Серьёзных доказательств существования такой общности не представлено.

Таким образом, терроризм являет собой угрозу безопасности, прежде всего тем странам, которые идут в фарватере американской внешней политики, потому что главной мишенью международного терроризма являются США.

Идеология современного международного терроризма такова, что она направлена не против всего Запада в целом, а против отдельных ненавистных режимов, прежде всего, Соединенных Штатов. Данное обстоятельство, в свою очередь, обусловлено стремлением Белого Дома диктовать свои условия исламскому миру и откровенным вмешательством (даже вторжением) на Ближнем Востоке, что не могло не вызвать протестной реакции со стороны наиболее реакционных исламских движений .

Для России международный терроризм является скорее некой абстрактной угрозой, проявляющей себя в сепаратизме на Северном Кавказе, но не представляющей реальной опасности для суверенитета.

В заключение хотелось отметить, что мы попытались доказать тезис о том, что в современном мире не существует реальных глобальных угроз безопасности России, кроме её собственного экономического развития и, на наш взгляд, нам это удалось. Ведь, действительно, в современном мире Россия играет роль энергоносителя и пока у неё есть ресурсы с ней будут считаться, но подобное развитие событий может низвести Россию до некоего сырьевого придатка постиндустриальных стран, а этого допустить нельзя. Поэтому нашей стране необходимо диверсифицировать экономику, выводить её на научно-производственную, а не сырьевую основу. Необходимо много больше внимания уделять развитию собственного населения, делая жизнь в стране достойной и комфортной. Необходимо уделять огромное вниманию развитию и совершенствованию системы образования и здравоохранения.

Только при соблюдении всех этих условий возможен качественный прорыв и в российской внешней политике, основанный на мощном внутреннем потенциале российской экономики и её безгранично талантливом населении.

#
Avatar for irina спустя 1 день (11 мая 2008)
irina

Данная работа впечатлила меня больше, чем остальные. Объясню по пунктам.

  1. Основная идея работы четко прослеживается, дается ясно и доходчиво. Однозначно плюс.
  2. Структура - без комментариев. Плюс.
  3. Аргументация - представлены убедительные аргументы, все логично и последовательно. В целом, смогли убедить.
  4. Источники и литература. Думаю, при таком обильном количестве статистических данных необходимо указывать источник. Плюс, сами угрозы безопасности где-то классифицированы, даны в том виде, в котором к ним обращаются авторы работы. Думаю, не составит труда приложить хотя бы небольшой список литературы. Но пока по этому пункту - минус.
  5. Собственная позиция сильная. Работа, на мой взгляд, полностью построена на понимании авторов, и это заслуживает похвалы.

В целом эссе произвело очень хорошее впечатление и заслуживало бы высшего балла, если бы присутствовал список источников и литературы.

#
Avatar for irina спустя 3 минуты (11 мая 2008)
irina

В догонку - еще один комментарий. Статья читается легко, заинтересовывает, что не так часто встречается в студенческих учебных работах.

#
Avatar for Andrey_Baklitskiy спустя 7 часов (11 мая 2008)
Andrey_Baklitskiy

Хм. И правда хорошая работа, даже не ожидал. Приятно удивлен. Согласен с Ирой.

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в дискуссиях.